интересные лекции по истории искусства в нашем виртуальном классе

Эмиль Нольде

26 Июль, 2016 (05:36) | дополнительные материалы | By: chandra

Эми́ль Но́льде (нем. Emil Nolde, настоящее имя Ганс Эмиль Хансен (нем. Hans Emil Hansen); 7 августа 1867, Нольде,Пруссия, — 13 апреля 1956, Зеебюль, ФРГ) — один из ведущих немецких художников-экспрессионистов, считается одним из величайших акварелистов XX века. Нольде получил известность благодаря своим выразительным цветовым решениям.

После 1902 года Эмиль взял себе псевдоним в честь своей родной деревни Нольде.

Если судить по портрету его жены Ады, “Весна в комнате”, Нольде мог бы существовать вполне благополучно как эпигон импрессионизма, но влечение к искусству Египта, Ассирии, Африки и Океании (а впоследствии к старшим современникам: Ван Гогу, Гогену, Мунку) превратило его в истинно оригинального художника. Сын крестьянина из глухой деревушки, Нольде клеймил растленный город не хуже Василия Белова: “Тут воняет духами, у них вода в мозгах, они живут, пожираемые бациллами, без стыда, как суки”. С другой стороны – “материал, краски были для меня как любовь и дружба; и то и другое жаждет принять самую красивую форму”.

Emil Nolde – In der Garderobe (The Dressing Room) (1941-46)

Emil Nolde – Der Schwärmer (The Dreamer) (1919)

Nolde, Emil (1867-1956) – 1911 Eslovernos

После этого в его картинах ночной жизни города начинаешь невольно ощущать борьбу авторского отвращения и “желания красок принять самую красивую форму”. Скажем, “Ночное кафе”. Продольные пастозные мазки делают старой и морщинистой напряженно вытянутую шею ночной дамы при мертво отвисших уголках жирно и неряшливо намазанных губ, бюст вытекает из декольте; но как сияет эта дряблая кожа, только ночной электрический свет может сделать ее такой ослепительной. А как пламенеют вульгарно окрашенные рыжие волосы! “Цвета – это мои ноты, при посредстве которых я образую звуки и аккорды, сочетающиеся или контрастирующие друг с другом”. Звуки и аккорды нельзя пересказать – можно только всматриваться, пока не захватит дух от восхищения или не защемит сердце от сладкой боли. А житейская ситуация каждому откроется своя. Один разглядит в картине одиночество усталой немолодой женщины, все еще пытающейся высоко держать голову, хотя бравый хахаль с физиономией кота ухмыляется ей чуть ли не в лицо; другой увидит отвратительную жабу, покупающую любовь молодого наглеца; третий – наглеца, приценивающегося к старой жабе… Ассоциаций будет столько же, сколько зрителей, но каждый отойдет от картины с чувством: боже, как прекрасен и как ужасен наш мир!

[flickr_set id="72157625601973601"]

Emil Nolde "Family", 1931 (Germany, Expressionism, 20th cent.):

Emil Nolde “Family”, 1931

Emil Nolde, Large Poppies, 1942:

Emil Nolde, Large Poppies, 1942

Оттенок разоблачительства покидает картины Нольде, кажется, лишь тогда, когда, отвернувшись от современности, он обращается к чему-то “исконному”. Природа – “Маки и красные вечерние облака” – может казаться трагической, но не уродливой. Древние библейские персонажи – “Положение во гроб” – могут быть неуклюжими, но не фальшивыми. Скрюченная фигурка Христа, растопыренные пальцы на его продырявленной ноге, простодушный старик на корточках, горестно и пристально вглядывающийся в лицо мертвеца. Если бы картина была более традиционно мастеровитой, она не могла бы быть такой бесхитростно искренней. Искусность – единственный враг, которого я побаивался, говаривал Нольде. Пышный Тьеполо внушал ему ужас. В письме из Новой Гвинеи Нольде признавался, что первобытные люди, живущие среди природы, часто представляются ему единственными настоящими людьми, а “мы” – уродцы, манекены.

Emil Nolde. “Paradise Lost” (1921)

[flickr_set id="72157641812081104"]

Мечта романтиков всегда устремлялась из современных им серых будней в какие-то экзотические края и времена, где только и сохранилась некая подлинная жизнь, и экспрессионизм в моих глазах есть ветвь романтизма, стремящаяся освободиться от некоторой выспренности и слащавости своего предшественника.

Emil Nolde | PROPHET Woodcut. 1912.:

Emil Nolde | PROPHET Woodcut. 1912.( Пророк)

В “Пророка” тоже нужно вглядываться очень долго, чтобы наконец он смилостивился и заговорил с вами. Тонких линий, психологических оттенков почти нет – простота и сила, мужество и скорбь высвечиваются из тьмы. Из-за разбросанных там-сям, светящихся среди черноты расщелинок само дерево, на котором вырезан пророк, начинает казаться древним, растрескавшимся.

Александр Мелихов . Вдохновители и соблазнители

Поделиться в соц. сетях

Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Contact Form
Use the contact form

Name:

E-mail:

Message: